mccuntz (mccuntz) wrote,
mccuntz
mccuntz

Category:

Cкуола Сан Джованни Эванжелиста

Наши соседи через два кампо - церковь и скуола Сан Джованни Эванжелиста.


Скуола - это если мерить нынешними мерками - гибрид профсоюза, благотворительного фонда и закрытого клуба. В скуолы объединялись по цеховому признаку - вот как наша скуола башмачников. По принципу землячеств тоже - скуола Сан Джорджо (та, где счастливо уцелел цикл Карпаччо про дракона, принчипессу и белого шпица Св. Иеронима) объединяла далмацких купцов и мореходов. Не зря там на повороте лестницы, ведущей на второй этаж, висит портрет капитана из Доброты Марко Ивановича, побившего турецких пиратов в порту Пирея и там же погибшего. Парный портрет капитана висит в морском музее Котора, и местный аудиогид рассказывает о его похождениях с эпическим подвыванием.



Но это я отвлеклась. Скуола имени Иоанна Богослова в прежние годы была совсем закрыта. Тех, кто бежал коротким путем от автобусной станции в направлении Фрари, дразнил ее резной портал и вечно запертая дверь. Портал этот такой красоты (братья Лобмардо и их "боттега", главные венецианские звезды XV века, не кот начхал), что и его одного было бы достаточно, чтобы замереть и сомлеть.

Venezia 00205
(карточка зимняя, не скажу какого года. Не понимаю, почему сейчас не сняла фасад)

Но потом в скуоле стали устраивать концерты. Нечасто, раз в месяц. Качество исполнения... сиротское. Но перед тем, как проерзать на стуле полтора часа, можно было рассмотреть взлетающую в пространство второго этажа лестницу с окном-бифорой, и под ногами - мраморную мозаику pavimenti.

Теперь скуола открывается три дня в неделю. По-прежнему отличается завидной красотой и пышностью. Пускают еще и в церковь при скуоле, стерильно-барочную, зато всегда пустую.






окно


и вид из окна


Sala Capitolare









В самом дальнем зале второго этажа, в Ораторио делла Кроче стоит в золотой готической раке часть Истинного Креста.
Тут нужно небольшое отступление. Венеция – город перенаселенный. Я не имею в виду 55 тысяч ее нынешнего населения, по ком тикают часики в аптеке Моретти на кампо Сан Бартоло. Я имею в виду сонм королей, воров, мореплавателей, героев, торговцев и бандитов, которые за века оставили след в городе. Венеция, мне кажется, видела всех, ее уже ничем не удивить. «Я усталый старый клоун» (с)

Большинство (подавляющее, в том числе и физически) приезжающих в Венецию сегодня на день-два, набирают впечатления уровня «топ-10 из путеводителя», экзотику, годную для открыток. Остальное требует пристального вглядывания, а времени нет, круизник отходит. Думаю даже, турист-однодневка, окажись он здесь дней на десять - да даже и на пять - будет фрустрирован: в Самом Красивом Городе Мира ему скучно.

Но иногда накатывает. Интересно же узнать, кто все эти люди. Поэтому вот история, начатая издалека.

В XI-XII веках, во время первых крестовых походов Венеция строила корабли для крестоносцев. Паломники отплывали на Святую Землю из Венеции, здесь они закупали провизию и припасы для долгого пути. Рыцари отправлялись за море на отвоевание у мусульман Иерусалима с находящимся там гробом Господним. Вместе с ними на Святую землю отправлялись венецианские солдаты, купцы, дипломаты, шпионы. Иерусалим был взят. На Ближнем Востоке появлялись христианские государства. Предводители крестоносцев получили новые земли, рыцари –трофеи. Знамена покрылись славой.

Но главными выгодоприобретателями оказались венецианцы. Они получили историю, а с нею статус. Венеция тогда и во все времена была торговой республикой, меркантильным государством: в ней каждый нобиль был главой большого торгового дома. Но Венеция была сравнительно молодым городом, не имевшим античного прошлого. Он стоит не на мифическом основании, а на тысячах деревянных свай, трудолюбиво вбитых в илистое дно лагуны. Для Венеции было очень важно поместить себя в некий вечный контекст, подпереть свои притязания авторитетом апостолов, пророков и святых, живших задолго до основания Республики. Отсюда страсть венецианцев к реликвиям, неважно, купленным или украденным (напомню, это они украли мощи Святого Марка, святой Лючии, святого Исидора, святой Варвары и еще много чего по мелочи).

Фрагмент Истинного креста – одна из таких реликвий. Правда, она не добыта мечом или монетой, а подарена Филиппом де Мезьером, рыцарем и проповедником, бывшим канцлером Кипрского королевства. Мезьер был человеком экзальтированным, но политически чутким. Он искал дружбы с набирающей силой Серениссимой и поднес реликвию одному из ее самых могущественных братств.

В том же братстве Сан Джованни Э. состояло и семейство Корнер, к которому принадлежала будущая королева Кипра Катерина Корнаро, она же Екатерина Венето, матримониальное орудие Светлейшей убойной силы. Кипрский королевский род Лузиньянов и семью Корнер связывали давние кредитно-денежные отношения. Корнеры кредитовали не только королевский дом, но и всю аристократию и землевладельцев Кипра. За что получили рыцарское звание и обширные земли на острове. С тех пор семья Корнер приобретала все большее влияние на Кипре, ссужая королей финансовой поддержкой, дипломатическим опытом и политическими советами.
Поэтому когда июле 1468 года в Венецию прибыл полномочный посол короля Кипра Якова II де Лузиньяна, просить руки Катерины, все и заверте...

Историю замужества Катерины и отъема Кипра у Лузиньянов в пользу Венеции я пересказывать не буду – мультимедийная выставка, посвященная этой даме, проходит в TIM Future Centre в клуатре церкви Сан Сальвадор. Там все подробности, побасенки и недостоверные сведения, которыми венецианцы любят снабжать свои авантюрные предприятия.

Зато Скуола Сан Джованни Э., обзаведшись священной реликвией, заказала в конце 15 века трем первейшим венецианским живописцам цикл работ, повествующих о чудесах Креста.

Карпаччо написал картину, изображающую чудо с реликвией, исцелившей бесноватого на мосту Риальто.







Карпаччо – самый венецианский художник в мире - и в прямом, и в переносном смысле. И его персонажи населяют Венецию, и его работы собраны почти целиком в этом городе: в церквах, скуолах, в Академии, в Музее Корер.

Вроде бы он первый венецианский бытописатель, и по его картинам дотошный зритель вполне может восстановить географию места, и даже какие-то уцелевшие до наших дней детали. Или, наоборот, исчезнувшие. С другой стороны, он изображает «чудеса»совершенно небывалые, просто помещает действие в знакомые места. На Риальто, например. Но это еще старый Риальто, стоявший поперек Канала Гранде – деревянный. Собственно исцеление бесноватого у меня даже в кадр не попало, оно и у Карпаччо где-то в правом верхнем углу, в сторонке, не на первом плане. На первом – нарядные венецианцы, гондольеры в разноцветных шоссах, дамы в укрытии фельце. Это какое-то ренессансное гуляние. Персонажи элегантны и красивы. Вода имеет чисто венецианские оттенки, зеленовато-серебристые, так характерные для Венеции. Есть даже мавр – как подтверждение того, что Венеция – столица мира и перекресток всех путей.

В первые годы пятнадцатого века случилось чудо у церкви Сан-Лио, когда в приходе с тем же названием реликвия Святого Креста стала такой тяжелой, что ее не смогли вынести из церковной сокровищницы на похороны грешника. Джованни Мансуэти запечатлел это событие в 1497 году.



И если я правильно понимаю диспозицию, перед домом, из окон которого свешиваются ковры и драгоценные ткани, и выглядывают любопытные дамы – сейчас траттория «Летучий голландец». Справа аптека Al Pelegrino, а там, где проходит процессия – передвижной пакистанский базар с туристическим мусором.

Чудо у моста Сан Лоренцо писал Джентиле Беллини. Оно повествует о том, что реликвия во время процессии упала в канал и долго увиливала от ловцов, давшись в руки только престарелому члену братства из семейства Вендрамин. Тут и сама процессия на мосту, и свидетели на каждом берегу, люди, которые плавают в воде, гондолы, которые спешат на помощь. Справа – мавр, готовый броситься в канал вслед за остальными. На первом плане - сам старик Вендрамин, одной правой держащий над водой усмиренную реликвию






Дородная дама в платье черном с золотом и короной на голове – и есть Катерина Корнаро, королева Кипра


И вот этот цикл и есть самое замечательное, что имеет отношение к Скуоле.

Но правда, сейчас этих картин там нет, есть только цифровые копии. Наполеон, зачищавший венецианские церкви, сбыл весь цикл в музей Академии. Там они и висят, в зале номер двадцать.

Tags: Венеция, Италия, Скуола Сан Джованни Эванджелиста
Subscribe

Posts from This Journal “Венеция” Tag

  • Впервые: выставка Фортуни в Эрмитаже

    Немного фотографий с выставки в Эрмитаже, посвященной Мариано Фортуни. Выставка - совместный проект Эрмитажа и MUVE, Городских музеев Венеции,…

  • Венеция: дворец дожей

    Палаццо Дукале. Одышливо поднялась по Золотой лестнице. Вошла в парадные залы. Со дворцом у меня отношения складываются тяжело. Это снаружи он такой…

  • Венеция: мизантропическое

    Раз в десять лет я хожу в Базилику Сан Марко. Нет, я бы охотно делала это чаще, в каждый приезд. Но… вот в прошлый раз совсем уже было собралась,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments