Оказывается, у меня осталась горсть картинок из Флоренции.
Пасхальная Флоренция была теплой, нарядной и благодушной.
Мы смогли позволить себе не спешить.
Закольцевали Гирландайо-трип, начатый в прошлом году.
Я распробовала вкус апельсиновой горчицы, добытой в корбасной лавке в меркато чентрале, и вкус бураты с корицей, поданой в неаполитанском ресторане.
Купила "античные" сандалии и пучок разноцветный поясов на Сан Лоренцо.
Дошла наконец до музея Галилея, где со страшной силой раззуделся мой картографический фетишизм...
В общем, вот - пунктиром:


Остатки пасхального фейерверка

( Флоренция, весна )

Приколочу тут эту прекрасную ссылку, чтобы потом не искать:
Guía de las tortillitas de camarones de la provincia de Cádiz

Были в Ботанических садах, обоих - и университетском, и академическом, со stejra. Оттуда и картинки. В большом Ботаническом, в его Фондовой оранжерее - выставка азалий. Я, правда, до сих пор считала эти цветы рододендронами, но смотрительницы объяснили, что азалии, в отличие от них - комнатные, а не грунтовые. Ну, тоже знание. Вообще, служительницы Фондовой оранжереи очень трепетные. Это их первая публичная выставка и они очень волнуются. И за цветы, и за посетителей, - а вдруг они что-то пропустят? Кстати, у них и кактусы зацвели - обещали показать, например, завтра.



( Азалии и Ko )

Не то, чтобы нам не повезло с погодой. Наоборот, до сих пор, до последнего приезда Венеция как-то снисходительно баловала нас — солнцем, игрой отражений, бликами на воде и другими бонусами. А тут она включила дождь. Обыкновенный такой свой непрерывный дождь, который льет неделями, проникает под одежду, хлюпает под ногами, сыростью ломит кости. Метафизический венецианский дождь. Масло масляное, водою по воде. Зато как сумасшедшие в мокром воздухе пахли глицинии.



( Мы, конечно, сопротивлялись воде, как могли. )

Эта белая гондола была "припаркована" на причале у Салюте в Венеции. Казус в том, что белых гондол не бывает. Традиционный цвет венецианской лодки - черный, что практично - обычно для водонепроницаемости корпус обрабатывали смолой. Законодательно черный цвет гондолы закрепил венецианский сенат еще в с 1609 году, озабоченный унификацией и сокращением расходов. Так он попытался ограничить стремление ноблей к роскоши и дурновкусию - те соревновались в украшении лодок дорогими тканями и золочением. Впрочем, черный цвет считался цветом элегантности, и таким образом подходил для перевозки благородного сословия. Кстати, в эту эпоху цвет траура был фиолетовый. Поэтому никаких ассоциаций с катафалками гондола не вызывает.

Почему эта лодка белая? У меня есть несколько версий. Она или недостроена и будет выкрашена позже. Или эта лодка будет участвовать в исторической регате, и тогда ей позволено носить цвет. Спросить не успела - владелец лодки отвязал ее и уплыл)

Друзья, у кого есть опыт - сколько стоит в Италии визит к дантисту с острой зубной болью¿

Кровавый режим спёр у нас месяц весны.
И ну его.
Улетаю в Венецию.
Там хорошо. Там дожди.

Еще мне нравится линия горизонта в Лиссабоне. С одной стороны, она приятно холмистая, лишенная монотонности, с другой — река Тежу выдает себя за океан, отчего город открыт миру, вывернут в сторону Атлантики...

В линию горизонта отлично фтыкать со смотровых площадок. Площадки, на мой взгляд, выдают созерцательный характер португальцев, - тут все устроено нарядно и живописно:

Вот Miradouro de Santa Luzia




( поток картинок и сознания )

В Лиссабоне мы не сделали ничего, что принято здесь делать — мы не были ни в Синтре, ни в Белеме, не слушали фаду по ночам (хотя десяток треков Мафалды Арнау был загодя закачан в планшет), и даже горбатую Алфаму задели только по касательной, проезжая мимо на 28-ом дребезжащем электрико.

Зато мы встречали утро в уличных кафе - в восемь часов они открываются, - самое время выпить первую чашку кофе и смотреть, как солнечный свет съедает тени, и слушать, как усиливаются, делаются резче городские звуки.





( Хотя первое утро в Лиссабоне было пронзительно стылым и неуютным )

Лиссабон. В запасе у нас было два дня, но виски ломило от состояния ферии, подхваченного еще в Оливенсе . А Лиссабон такой южный город, такой несуетливый и располагающий к праздности. А нам именно что хотелось прекрасного и выпить. И все наши перемещения по городу были спровоцированы этими невинными побуждениями. Расскажу о них. О тех, что запомнились.

Во-первых, конечно, музей Гюльбенкяна . Туда я намеревалась попасть в любом состоянии и любой ценой. Собственно, бетонный брус здания Музея и Фонда Галуста Гюльбенкяна не поражает красотой. Но потом, когда попадаешь в залы, где выставлены сокровища этого нефтяного магната с безупречным, хотя и эклектичным художественным вкусом, понимаешь — только такая простая и лаконичная рама может быть у поражающей избыточной роскошью коллекции.





( лаликлалик )